TwitterFacebookPinterestGoogle+

Лесные звери

Лесные животные расселяются по определенным местообита­ниям. Одни предпочитают тайгу из хвойных пород, другие оби­тают исключительно в лиственных лесах, а больше всего их в смешанных древостоях с густым подлеском, в каких всегда имеются и еда, и укрытие. Медведь, соболь, белка являются обычными жителями хвойных лесов, для лося, как и для зайца-беляка, наилучшие кормовые угодья — юные осинники и березняки, бобру непременно нужен водоем в древостое из осины, ольхи и ветлы. Любимым местообитанием кабана на юге являются пойменные заросли по рекам. Куница предпочитает очень за­хламленные участки хвойного леса. Волки устраивают свое ло­гово посреди ветровала и бурелома неподалеку от воды.

Все животные в поисках корма передвигаются не только лишь в пре­делах какого-нибудь урочища, да и перекочевывают на дальние расстояния. Белка живет летом в Сибири в лиственничных лесах, питаясь семенами лиственницы, ягодами и грибами, а осенью, когда высоко в горах поспевают на гольцах орешки кедрового стланика, она перекочевывает туда.

К определенной категории лесов приурочен не только лишь один какой-нибудь вид животных, а целая группа их, связанная одной био цепью питания. Так, за косулей и кабаном сле­дует волк, за белкой и мышевидными мышами — куница, со­боль и горностай, за мышами и пищухой-сеноставкой — коло­нок и горностай. Время от времени эти связи нарушаются вследствие сти­хийных явлений либо необмысленных действий человека. Там, где вследствие тех либо других обстоятельств миниатюризируется количество кротов (долгое затопление пойменных лесов, усиленный отлов зверьков капканами), резко возрастает вред, причи­няемый личинками майского жука, которые составляют основ­ной корм крота. В тех случаях, когда обносили изгородью по­садки ценных деревьев для защиты от зайцев, эти посадки по­губили мыши, потому что они были защищены изгородью от живот­ных, питающихся мышами: лисиц, барсуков и ежей. Человек мно­гое должен знать о роли животных в био цепи лесной жизни, чтоб уместно вмешиваться в нее.

Число видов млекопитающих, которые населяют наши леса, очень велико, но мы познакомимся только с теми, встреча с ко­торыми более возможна.

На лесных полянах, прогалинах, на опушке леса и в садах мож­но созидать маленькие кучки земли, выброшенные кротом. Этот «подвальный» обитатель изредка выходит на поверхность, он копает бессчетные длинноватые ходы, в каких охотится за червяками и личинками насекомых. Крот полезен тем, что истребляет ли­чинки майского жука, и в то же время вредоносен,   потому что уничтожает нужных дождевых червяков и портит корешки растений. Крот припасает много живого корма, немного надкусывая головную часть червяка. В подземной кладовой крот держит про припас 100—300 дождевых червяков.

Строение тела крота адаптировано к землеройным рабо­там — туловище его имеет цилиндрическую форму, голова за­острена впереди, фронтальные недлинные лапы с широкими кистями направлены ладонями вспять, пальцы с крепкими наточенными когтями соединены кожистой перепонкой. Такими лапами-лопа­тами он просто разрыхляет почву, головой выталкивая землю из ходов наружу.

Есть в лесу зверьки такого же отряда насекомоядных, что и крот, но почаще обитающие на поверхности. Это землеройки. Они являются вроде бы «полуподвальными» жителями, созидать их удается очень изредка. Землеройки питаются насекомыми и их личинками, норы строят в кочках, под старенькыми пнями.

В густом лесном покрове почаще можно увидеть ежа, хотя он и ведет ночной стиль жизни, охотится только ночкой. Не­редко можно повстречать ежа и деньком на солнечном припеке. Лес­ные опушки и сады — возлюбленные места его обитания. Ежиха при­носит от 3-х до 6 слепых, без шерсти детенышей. Через 2 месяца они начинают жить без помощи других, но в стужу, не умея отлично устраиваться на зиму, нередко погибают. Ежи не выходят из состояния зимней спячки до того времени, пока не кончаются замороз­ки. Еж ест все, что ему удается изловить, начиная от маленьких на­секомых, улиток, многоножек и кончая ядовитыми змеями. Не действуют на ежа и некие сильные ядовитые вещества. В неволе еж угрюм и зол.

Лесные мыши, как и полевые их собратья, — вредные живот­ные: они уничтожают древесные семечки, обгладывают кору мо­лодых деревьев, но в то же время являются главной едой ценных пушных животных.

Реальным древесным обитателем является белка, вся жизнь ее проходит на деревьях. Правда, этот зверь время от времени спускается и на землю за грибами и ягодами. Шляпки белоснежных грибов, подбе­резовиков, маслят и в особенности много опят белка насаживает на су­хие ветки с южной стороны дерева — готовит припасы на зиму. От Полярного круга практически до Темного моря, от Балтики до Ура­ла, в Алтае и в Саянах, там, где есть лиственничные, кедровые, еловые и сосновые леса, белку можно повстречать почаще, чем како­го-либо другого лесного обитателя. Белки плодятся достаточно стремительно, имеют по два выводка в лето, состоящих из трех-пяти де­тенышей. Гнезда они устраивают из мха, сухих листьев и сухой травки в развилке веток, время от времени в дуплах.

Поедая в большенном количестве семечки хвойных пород, орешки и желуди, обгладывая стволы деревьев, белка причиняет значи­тельный вред лесу, не считая того, она разоряет птичьи гнезда, вы­пивает содержимое яиц и уничтожает птенцов. Поздней осенью в лесу можно натолкнуться на кучи обрывков новых еловых и сосновых ветвей длиной 10—12 см. Это работа белки. Она уничто­жает также цветочные почки. Выбрав более густую, разве­систую ель, а такие деревья лучше других плодоносят, белка бе­жит по одной из горизонтальных ее веток, цепляется за нее задними лапами и, свесив тело, отгрызает побег с цветочной почкой, поднявшись на ветку, съедает почку, а побег кидает вниз. За 10 мин она успевает отгрызть до 30 побегов. Такое опу­стошение леса белками длится до весны. Если же к мест­ным белкам присоединяются бессчетные своры пришлых белок, кочующих из лесов с нехорошим урожаем хвойных семян, то в лесу не остается практически ни 1-го хвойного семени и цветоч­ных почек грядущего урожая.

В наших лесах живут лоси, козы, и сброшенные ими рога долж­ны могли быть попадаться в лесу достаточно нередко, потому что они мо­гут сохраняться длительное время. Но практически никто не может по­хвалиться такими находками. Рога исчезают в лесу; собака, ли­сица, куница не могут стопроцентно их убить, такую еду спо­собны усвоить только желудки мышей. Занимаются этим не столько мыши, сколько белки, в их гнездах время от времени находили маленькие козьи рога и части костей.

Белка является объектом промысловой охоты. Суммы, полу­ченные от реализации беличьих шкурок за предел, составляют значи­тельную долю дохода в торговле пушниной.

В Сибири обширно всераспространен в лесах бурундук — рыжева­тый зверь, схожий на белку, только гораздо меньше ее и с пятью темными полосами повдоль спинки. Любимые места бурунду­ка — заросли кустарников, бурелом и валежник по берегам ре­чек и ручьев. Бурундук выкапывает в земле очень комфортную нору.

Жилую часть ее он выстилает сухой травкой и листьями, в ней зве­рек дремлет ночкой, проводит зимнюю спячку, содержит детенышей. У бурундука в большинстве случаев бывает 5 детенышей. В норе бурунду­ка есть одна-две кладовые для зимних припасов еды, также ту­пички — уборные; зимой бурундуки временами просы­паются и питаются зимними припасами, потому тупички им необ­ходимы.

Весной, когда начинает пригревать солнце, бурундуки выле­зают из нор, но далековато от их не отходят, при мельчайшем похо­лодании исчезают в их. Если зимние припасы сохранились в достаточном количестве, бурундуки выносят их из нор и раскладывают на солнце для просушки. Припасы в норе время от времени доходят до 6 кг и состоят из семян дикорастущих травок, желудей, орехов, сушеных ягод, яблок и даже грибов. В лесах, расположенных поблизости насе­ленных пт, в припасах бурундуков возникают зерна пшени­цы, овса, гречихи, льна и подсолнечника. Каждый вид продукта у бурундука находится в отдельной кучке на подстилке из сухой травки.

В защечных мешочках бурундука может помещаться не бо­лее 10 г зерна, и для того, чтоб запасти 6 кг, ему необходимо сходить к месту корма и вспять 600 раз. Проход в один конец время от времени измеряется 1—2 км, так что бурундуку приходится много работать.

Бурундук очень любопытен и доверчив, что нередко служит при­чиной его смерти. Мне пришлось в пойменном лесу в Горном Ал­тае следить, притаившись за поваленным кедром, за передви­жением белок и других видов животных. Рядом по стволу пробе­жал бурундук и в один момент тормознул, заинтересовавшись рези­новыми сапогами, на которых отражались блики солнца. Спустив­шись на другую валежину, бурундук длительно смотрел на сапог, равномерно передвигаясь к нему, позже он приблизился, понюхал сапог и скрылся.

Бурундуки — живы барометры: за нескольо часов до дождика они, сидя на пне на задних лапках либо на поваленном дереве, издают особые звуки. Они безошибочно предугадывают летне-осенние наводнения в горах: первыми за много часов до их начала переселяются из долин рек, в то время как другие жители горных лесов не догадываются об угрозы и погибают при наводнении. У бурундука много противников посреди маленьких плотоядных животных и плотоядных птиц.

Во внутренних, наименее доступных частях леса нередко можно повстречать зайца-беляка. Летом шерсть у него грязновато-красно-коричневая, к озари волосяной покров линяет и отрастает новый, белоснежный.

Заяц-беляк предпочитает густые заросли лиственных кустарни­ков. Он неприхотлив, зимой объедает кору лежащих на земле ветвей осины и ветлы, из леса практически никогда не выходит. Этот зве­рек когда-то служил принципиальным объектом промысловой и спортив­ной охоты. Численность его невелика. У зайца-беляка много вра­гов. Поблизости населенных пт нередко домашние кошки истреб­ляют только-только родившихся зайчат, обычно сидячих без движе­ния 2—3 суток где-нибудь   под кустиком,   пока не возвратится мама.

Когда-то у нас от Карелии до Кавказа на лесных речках был обширно всераспространен ценный зверек — бобр. Сейчас это живот­ное можно созидать в заповедниках, зоологических садах и в неких водоемах. Бобры имеются в Березинском заповеднике в Белоруссии, в Воронежском и в Кондо-Сосьвинском в Зауралье. Последний ранее занимал в верховьях рек Конды и Малой Сось-вы около 800 тыс. га, позже в связи с грядущей эксплуата­цией лесов и строительством для этой цели стальной дороги за­поведник был ликвидирован и не так давно вновь восстановлен на площади около 350 тыс. га.

Посреди маленьких лесных хищников заслуживает внимания ласка, хотя ее и тяжело найти из-за маленькой величины (длина тела 20 см) и красновато-бурой расцветки летом и белоснежной зимой. Обитает ласка в дуплах деревьев, под кучами камешков, в норах крота, а зимой — ближе к людскому жилью: в сараях и амбарах. Всераспространена ласка везде.

Ласка очень подвижна, охотится деньком и ночкой, очень прожор­лива — вес еды, поглощаемой ею за день (10—15 мышей), равен весу ее тела. Наевшись, она продолжает ловить мышей и поле­вок и кидает их нетронутыми. В омёте на гумне находили боль­ше 450 недоеденных мышей. Ласка — неподменный ассистент человека в борьбе с мышами. Появившись в помещении либо на усадьбе, ласка истребляет всех мышей.

Ласка не наслаждается мышевидными, ее добычу состав­ляют крот, юные зайцы и зайчики, куры, голуби, жаворонки, ящерицы, ужи, лягушки, насекомые, птенцы и яичка гнездящихся на земле птиц.

Тяжело судить, как полезна либо вредоносна ласка в лесу; большая часть зоологов считает ее полезной. В то же время, буду­чи ловкой, смелой и безжалостной, она способна время от времени вцепить­ся в шейку рябчика, куропатки либо тетерева, сидячих на гнезде, и прокусить сонную артерию. Время от времени она остается на взлетевшей птице, пока та не свалится на землю.

По стилю жизни не достаточно отличается от ласки горностай. Он пре­восходит ее по величине (длина тела 32—38 см). Горностай пред­почитает горные условия. Расцветка шерсти на спине и на полови­не хвоста у него летом рыжевато-бурая, зимой белоснежная, нижняя часть тела всегда белоснежная, кончик хвоста темный.

Обитают в лесу два близкородственных вида: лесная куница и соболь. Лесная куница встречается в лесах европейской части Рф и малость входит за Урал до Оби, соболь — в азиатской части и изредка входит на западную сторону Урала.

Любимые местообитания куницы — старенькые еловые и пих­товые леса с буреломом, валежником и дуплистыми деревьями. Главной ее добычей является белка. Ночной стиль жизни позво­ляет кунице захватить спящую белку врасплох. При недочете большой добычи куница ловит мышей, птиц, летом довольствует­ся ягодами, предпочитая рябину. Этого зверя изредка можно повстречать из-за его ночного стиля жизни и малочисленности.

Соболь в текущее время живет исключительно в Сибири, на Камчат­ке, на Сахалине, в амурской и уссурийской тайге и не сплошь, а существенно разобщенными очагами.

Для сохранения поголовья этого ценного зверя был введен полный запрет охоты на него, который был в 1941 г. снят. Нормы отлова соболя ограничены. На звероводческих фермах соболь плодится в неволе.

В Баргузинском соболином заповеднике на берегу озера Бай­кал и в Кроноцком на Камчатке соболь живет и плодится в заповедных критериях. Тут соболя отлавливают и переселяют на другие места, в каких он когда-то жил, но потом был пол­ностью истреблен. Данное мероприятие, называемое реакклиматиза-цией, было успешно проведено в горах Горного Алтая, и собрль стал там уже объектом промысла.

В лесу более возможна встреча с лисой — этим неотклонимым персонажем сказок и басен, в каких она выступает в роли лу­кавой и хитрецкой кумушки. На самом же деле лисица наименее осто­рожна, чем волк, нередко попадает в ловушки и капканы, берет от­равленную приманку. Лиса более любопытна, а может быть и поболее пытлива, чем бурундук. Зимой она непременно свернет со собственного пути, если увидит чего-нибудть черное на снегу, и при случае заглянет на опушку, если увидит слетевшую на снег ворону либо галку.

Один опытнейший охотник (район Дединова и Белоомута на Оке), подметив эту особенность нрава лисы, выдумал метод охо­ты, действовавший безотказно, — неважно какая мышкующая лиса ста­новилась его трофеем. Лицезрев лису, искавшую мышей в поле, он надевал белоснежный маскировочный халатик и полз под прикрытием ку­стов в таком направлении, чтоб ветер дул от лисы. На достаточ­но близком расстоянии от нее он начинал подбрасывать из-за кустов ввысь шапку. Через некое время деяния охотника завлекали внимание лисы, тогда и он заместо шапки подбрасы­вал мертвую ворону либо галку, с таким расчетом, чтоб она упа­ла на открытое место и была видна издалека. Лиса медлительно, зигзагами, а позже ползком приближалась к заинтересовавшему ее предмету и безизбежно попадала под выстрел

Лиса всеядна: мышь, заяц, крот, еж, тетерев, куропатка, ряб­чик, птенцы, кузнечик, майский хрущ, рыба на обмелевших ме­стах и перекатах, змея, ящерица, лягушка — все годится ей в еду. Басня «Лисица и виноград» очень близка к правде. В Кры­му в период созревания виноград является основной едой ли­сицы, она даже прокрадывается в места его хранения.

Лиса либо сама копает нору, либо захватывает часть норы, а то и всю, у барсука.  Она очень нечистоплотна,   в ее норе   всегда сгнивают остатки еды, и чистоплотный барсук заваливает землей ход, отгораживаясь от занятой лисой половины норы, а время от времени уходит на новое место.

Потомство у лисы не только лишь бессчетное (по 5— 10 лисят), да и прожорливое. Всегда у лисицы уходит на поис­ки добычи, и к концу лета она становится худенький, плоской как дос­ка, с клоками шерсти по краям. Если лиса увидит, что ее нора найдена человеком,   она переносит детей   в другое место.

Охота на лисиц ведется активно, но благодаря большой приспособляемости этого зверька он не находится на грани истреб­ления. Неприхотливость лисы в еде, узкий слух (мышиный писк она слышит издалека), красивое чутье в купе с вы­носливостью в беге (за ночь проходит 10-ки км) спо­собствуют ее выживаемости. В случае необходимости лисица пе­реплывает реку и даже взбирается на деревья с низкой кроной.

Пойманные лисята стремительно привыкают к человеку и не теряют привязанности к нему, даже когда становятся взрослыми.

Роль лисицы в лесу двойственна: она полезна истреблением мыше­видных мышей, ценна как пушной зверек, но в то же время серьезно вредит в лесах, где водятся тетерев, глухарь, утка, рябчик и заяц. У нее только два неприятеля — человек и волк,

Волк похож на огромную собаку, только уши всегда торчат наверх либо прижаты вспять, никогда не загибаются вниз, хвост всегда опущен. Селится волк всюду, не считая глухих огромных лесов: в тундре и в песочной пустыне, в степи и в лесу, в низинах и вы­соко в горах. Лучше всех эмоций у волка развит слух: спящего волка не застанешь врасплох, мельчайший не характерный лесу шорох он слышит издалека. Этот хищник очень подвижен, прохо­дит в поисках добычи до 70 км за ночь. При таком расходе энер­гии он практически всегда голоден. Волк нападает на юных оленей и лосей, ловит зайцев, лисиц, барсуков, песцов, сурков, не брез­гует мышами и птенцами гнездящихся на земле птиц. В лесах на юге волк ест ягоды, одичавшие яблоки и груши. Зимой, когда тяжело достать корм, волки ночами таскают из населенных пт собак.

Волки большенными сворами не прогуливаются: обычно волчья семья со­стоит из волчат рождения этого года — прибылых и юных волков прошедшего года — переярков.

Взрослые сильные лоси и кабаны не страшатся волков, да они и не отважутся на их поруха. Только нездоровые либо ослабевшие жи­вотные становятся их добычей. Стадо домашних свиней, если еще в нем есть несколько хряков, дает отпор нападению хищ­ника. На стадо скотин волки тоже не нападают — скотины, собрав­шись в кружок, выставляя вперед рога, делают радиальную оборону, а табун лошадок становится головами вовнутрь, удачно от­бивая атаку волков ударами копыт. Потому добычей волков ста­новятся одиночные скотины и лошадки. В стаде овец, этих действи­тельно глуповатых животных, волк может произвести существенное опустошение: в азарте нападения он рвет вправо и влево и за пару минут может уничтожить несколько овец. Такие нападения на данный момент бывают только там, где овцы пасутся практически весь год. Па­стухи и собаки всегда на охране около отар.

Во 2-ой половине зимы волки разбиваются на пары, и каж­дая пара обычно селится не поближе, чем в 10 км от другой. Волчат родится по пять-шесть. Их и волчицу кормит отец, пока волчата не подрастут. Волчица — самоотверженная мама и защищает де­тей даже от человека. В неволе волчата стремительно приручаются и очень привязываются к людям. Взрослые волки в неволе, а иног­да и на воле спариваются с собаками и дают потомство.

Волков истребляют всеми доступными средствами и не столько за приносимый ими вред, сколько по установившейся веками тра­диции. Волк сам никогда не нападает на человека, а вред от него гиперболизирован рассказами и притчами далекого   прошедшего, когда волчьи своры бродили по заснеженным полям и перелескам. В до­революционной Рф волки, вправду, в неких райо­нах были бичом для домашнего скота, в особенности овец. Низкие, скрытые травой крестьянские хлевы заносило зимой снегом по самую крышу, а через соломенную крышу несложно попасть и в хлев. В наше время в скрытых крепких колхозных фермах домаш­ний скот уже недоступен для волка.

Волки совсем истреблены в Великобритании и Шотландии еще в XVIII в., нет волков в Германии, Дании и Голландии. У нас в стране волк становится редчайшим зверьком в европейской части и практически истреблен в центральных районах. А волк в лесу нужен — он содействует естественному отбору животных, к примеру ло­ся, уничтожая нездоровых и ослабленных особей. В каждом лесном хозяйстве, по моему воззрению, должна обитать семья волков, а вот численность ее должны регулировать работники охотни­чьего надзора.

Включив волка в общий природный комплекс лесного ланд­шафта, мы можем вернуть нарушенное равновесие в лес­ном мире. Вот что пишет южноамериканский ученый Франк Дарлинг в статье «Земли погибают со гибелью деревьев»: «Общепринятое мировоззрение, что волки приносят большой вред, — психологическое заблуждение, котррое все же оказывает влияние на судьбу естествен­ных биотопов».

Из районов Далекого Востока в 1934 г. завезли в европейскую часть страны енотовидную собаку. Тут она отыскала наилучшие кормовые условия, чем у себя на родине, очень размно­жилась и оказалась вреднейшим животным в наших лесах. Еното­видная собака уничтожает все живое, что ей по силам. Благодаря исключительному чутью она находит дичь там, где проходят мимо добычи волк и лиса, совсем не опасается воды, разоряет гнездовья водоплавающей и болотной птицы. Очень плодовита: приносит раз в год шесть-восемь щенков, а то и до пятнадцати. Любимые места охоты енотовидной собаки — сырые листвен­ные леса, поймы рек с густым кустарником и высочайшей травкой, где находят убежище и места   для гнездования   многие птицы.

Из приемлимо всеядных одичавших животных в наших лесах водятся барсук, кабан и медведь, но возможность встречи в с ними в обыч­ном лесу очень мала, она вероятна исключительно в заповедниках и охотничьих хозяйствах. Эти животные очень редки, потому что в прош­лом охота на их велась неумеренно.

Барсук живет по всей европейской части и в южной полосе Сибири. Ведет ночной стиль жизни. Узреть его удается вечерком либо рано днем. Выяснить барсука просто: на белоснежной голове с обеих сторон рожи проходят темные полосы через глаза и уши, те­ряясь на затылке. В лесу, на склонах оврагов либо бугров, на сол­нечной их стороне, барсук в зарослях кустарника копает замеча­тельные норы. Основная жилая камера имеет несколько выходов (время от времени до восьми) и отдушины для проветривания, очень опрят­на. Питается барсук приемущественно корнями, насекомыми, улитками, дождевыми червяками. Ранее охота на барсуков велась ради их мяса, жира и шкуры,   на данный момент он взят под защиту закона.

Кабан, либо одичавшая свинья, является родоначальником домаш­ней свиньи. Это сильный зверек высотой до плеч 90—95 см, дли­ной тела 1,5 м и весом 150—200 кг. Кабан просто носит свое тяжелое, прочно сбитое тело на маленьких сильных ногах.

Нижние и верхние клыки кабана-самца добиваются 14 см в дли­ну, вырастают наверх, очень изогнуты, очень остры, вследствие тре­ния друг о друга концы их, равномерно затачиваясь, делаются тоньше.

Кабан умеет постоять за себя, и старенькому самцу-секачу не стра­шен ни один зверек, не считая тигра. Нападения кабана молниенос­ны, ранения тяжелы и даже смертельны. Сам кабан никогда не проявляет инициативу в нападении, если к этому его не вы­нуждают происшествия. Он всеяден, может жить всюду, кроме мест, где лежат глубочайшие снега. Кабан обитает на юге Рф, в Закавказье и в среднеазиатских республиках. Он был завезен и в центральные районы европейской части страны, а именно в Подмосковье, но без подкормки тут существо­вать не может.

Медведь был обширно всераспространен по всей терри­тории страны. У него нет противников, не считая человека, повсевременно его преследующего. А медведь по существу безопасный зверек, он всегда старательно избегает собственного неприятеля и изредка нападает на животных. Зубы медведя адаптированы к питанию раститель­ным кормом, которым он приемущественно и наслаждается.

Все лесные ягоды — смородина, малина, брусника, морошка, че­ремуха, клюква, рябина, — кедровые орешки, желуди, овощи, зреющие злаки, в особенности овес, и многие другие растительные продукты входят в его рацион. Муравьи и их личинки, также пчелиный мед являются медвежьим десертом. Само заглавие зверька (мед ведать) гласит о его пристрастии к этому лакомству. Оно дается ему нелегко: пчелы всем роем обрушиваются на не­защищенные части его тела и забираются даже в шерсть до кожи.

На Далеком Востоке в период нереста рыбы медведь перебегает только на питание рыбой.

Очень благодушен кавказский медведь, про которого суще­ствует много анекдотичных рассказов. Более неопасен был в свое время и медведь в Горно-Алтайском заповеднике, привык­ший созидать в человеке друга. За кавказским медведем в пору созревания алычи, одичавших груш и яблок всегда неотступно сле­дуют кабаны — в отдалении и мало ниже по склону. Как толь­ко медведь заберется на дерево и стрясет плоды, кабаны их подбирают, ничего не оставляя медведю.

В один прекрасный момент из-за медведя закончилось всякое движение на горной дороге на несколько часов. Проходя по горе над доро­гой, медведь случаем свалил камень. Звук упавшего камня, разумеется, медведю приглянулся и, перегнувшись к краю горы, он на­чал сбрасывать камешки, при этом кидал последующий только после того, как предшествующий падал на дорогу. Или ему это занятие наскучило, или иссяк припас камешков, но камнепад через некото­рое время закончился.

На севере медведь залегает на зимнюю спячку только после выпадения снега и выходит из берлоги в марте. Большой слой жи­ра, скопленный осенью, поддерживает его актуальные силы в этот период.

Более голодное время у медведя весна: снег еще пол­ностью не сошел, свежайшей травки нет, а запасенный жир им уже израсходован. В особенности тяжело приходится медведице. Во 2-ой половине зимы у нее родятся два-три медвежонка, очень мелкие — «с рукавичку», и их необходимо еще подкармливать 2—3 месяца. Мама за лето и осень старается нагулять большой припас жира, накапливая его до 100—120 кг.

Охотятся на медведей большей частью зимой: зимняя шкура ценнее и мясо можно хранить длительно. Ранешней весной голодный медведь идет и на приманку падалью. Осенью его подстерегают на овсяных полях. Овес для него не наименьшее лакомство, чем мед. Оккупированный врасплох либо раненый, медведь бывает небезопасен.

В наших лесах часто можно повстречать лося — самого круп­ного лесного зверька из наших копытных. Он практически стопроцентно был истреблен до революции и сейчас находится под охраной закона. Лось — могучее животное: добивается в высоту 2,5 м, в длину 3 м, весит в среднем 400 кг. Внешний облик у него нескладный: высо­кие ноги, толстая и маленькая шейка, голова мощная, с большенными ноздрями, нависающей верхней губой и лопатообразно расши­ряющимися рогами, очень маленький хвост. Благодаря широким копытам с кожистой перепонкой меж пальцами лось может бежать по болоту там, где всякое другое животное его веса обя­зательно увязло бы. В особенности топкие места лось проползает на брюхе; далековато выбрасывая фронтальные ноги, он просто переплы­вает огромные реки.

Удивительно чутье у этого зверька: он может почуять охот­ника на расстоянии 500 м. Еще лучше у него слух: человека, иду­щего осторожно по мягенькому снегу, он слышит за километр. Обыч­но лось избегает человека, и созидать его можно было не так нередко. Но за последние десятилетия в связи с запретом охоты на него новые поколения лосей стали более наивными, и встреча с лосем в осинниках и ивняках очень возможна.

Ветки осины — самый возлюбленный корм лося. Годовую либо двухгодовую поросль осины он срезает на равной высоте, как будто садовыми ножницами. С огромных осин лось сдирает кору це­лыми полосами и даже обгладывает осиновые дрова, оставлен­ные в лесу, разбрасывая поленницы. Лось ест ветки ветлы и других деревьев. Он совсем не трогает культурные растения, никогда не ест сена и избегает корма, приготовленного человеком.

Часто приходится слышать, что лоси портят юные со­сенки в лесных культурах. С уверенностью могу сказать, что если в хозяйстве много осинников и ивняков юного возра­ста, лось не трогает юных сосенок.

При правильной организации хозяйства содержание поголовья лосей в лесу — более прибыльное мероприятие по снабжению мя­сом, чем разведение рогатого скота на фермах, потому что заготов­ки кормов и ухода за животными не требуется.

Осенью далековато слышен рев быков, зовущих конкурентов на бой. В конце апреля либо сначала мая лосиха приносит 2-ух лосят, они сосут мама до озари.

В летние деньки лоси спасаются от комаров и слепней, лежа в реке либо погружаясь в болота по самую шейку. Но изба­виться от лосиного овода этим животным практически не удается. Забираясь в носовую полость прямо до глотки, овод откладывает там живых личинок длиной до 4 см, которые остаются в дыха­тельных путях лося до последующего лета. Паразиты очень исто­щают зверька и при большенном скоплении вызывают удушье. На сле­дующее лето личинки покидают лося и, попадая на сухую почву, продолжают предстоящее развитие, если же личинки попадают в воду, они погибают. Нередкое и длительное нахождение лосей в воде — это собственного рода профилактика от лосиного овода, по­этому осушение болот для лосей гибельно.

Юных либо нездоровых лосей уничтожают волк и росомаха. Взрослый лось не опасается волков. Став спиной к дереву, он ус­пешно отражает атаку волков. Бывали случаи, когда лось убивал и напавшего на него медведя. Раненый он небезопасен и с жизнью собственной без сопротивления противнику не расстанется.

Лоси просто становятся ручными в неволе. В Печоро-Илычском заповеднике издавна ведется, и достаточно удачно, работа по одо­машниванию лося.

Посреди жителей леса есть и насекомоядное летающее теп­локровное животное, относящееся к классу млекопитающих, более полезное, чем птицы, — летучая мышь. Весной и летом после захода солнца меж деревьями в лесу   и в садах начи­нают носиться какие-то темные маленькие тени. По резвому порхающему, неровному полету сходу можно найти, что это не птица и не насекомое, а летучая мышь. Их у нас в стране есть некоторое количество видов. Летучая мышь малая, величиной с домашнюю мышь, покрыта рыже-серой шерстью, меж фронтальными и задними конечностями натянута серая нагая перепонка. С помощью этого приспособления летучая мышь скользит по воз­духу, только вперед, порхая и не делая равномерных взма­хов крыльями.

У нас в стране более всераспространена рыжеватая вечер­ница. Длина ее тела 11 см, из которых 4 см приходятся на хвост. Она является одним из полезнейших млекопитающих — энергично расправляется с разными насекомыми, даже с   жуками,   имеющими твердые надкрылья, вроде майских хрущей. Рыжеватая ве­черница — обычное лесное животное. В древнем лесу на верши­нах самых больших деревьев и над ними, на опушках и полянах отыскивает она добычу. Для лесоводов летучая мышь — одно из более предпочтительных животных в лесу: охотится она ночкой, когда насекомоядные птицы дремлют, а ночных вредителей в лесу много. Летает вечерница на таковой высоте, где деньком время от времени ле­тает пеночка и синица лазоревка. Майских жуков, дубовых ли­стоверток, шелкопрядов и других насекомых она уничтожает в неограниченном количестве, и вес ее желудка к утру составляет не меньше одной трети веса тела.

На зиму летучие мыши впадают в спячку, собираясь в ка­ком-нибудь скрытом месте, время от времени в большенном количестве. Вреда от этих животных человеку нет никакого, а полезность очень большая. Помня об этом, следует всемерно биться с пред­рассудком, заставляющим глядеть на этих животных, как на небезопасных и несущих заболевания и несчастья.

Не все знают, что летучие мыши—-это живы эхолокаторы. Они в мгле проявляют изумительную ловкость, избегая ма­лейших препятствий, и ловят самых маленьких насекомых. Предпо­лагали, что летучая мышь управляется при всем этом зрением. Позже выяснилось, что в жизни летучих мышей зрение не иг­рает никакой роли: ослепленные мыши охотились за насекомыми так же успешно, как и зрячие. Высказывались также предположе­ния, что органы осязания летучих мышей воспринимают все колебания воздушных волн,   вызываемых полетом и отражае­мых имеющимися на пути жесткими предметами. И исключительно в ближайшее время выяснилось, что летучая мышь в полете бес­прерывно издает очень недлинные и высочайшие звуки — испускает ультразвуковые локационные импульсы, направленные строго по полосы ее полета узеньким пучком. Чем поближе препятствие либо жертва, тем почаще отправляет летучая мышь локационные импуль­сы, тем они короче и частота их повторения наращивается. Ультра­звуковые волны, как понятно, отлично отражаются от мельчай­ших предметов, и животное стремительно ориентируется, определяя расстояние до предмета, находящегося на его пути. Крошечного москита длиной всего полтора мм летучая мышь в тем­ноте ловит так же удачно, как и майского жука.

Как устроены органы локации у летучей мыши, ни ученым, ни инженерам открыть еще не удалось. При весе этого живот­ного в несколько граммов органы локации весят миллиграммы, создавая переменный ритм и переменную продолжительность импуль­сов, чем во много раз превосходят локаторы, сделанные чело­веком. Исследованием принципов устройства живых устройств природы и способности их использования человеком занимает­ся новенькая наука — бионика.

Добавить комментарий