TwitterFacebookPinterestGoogle+

Выбор места ночлега и устройство бивака

Почти все из написанного тут о выборе места для походного лагеря может показаться не в особенности принципиальным и даже второстепенным. И, все же, это не так. Это конкретно тот случай, когда мелочей не бывает. Чтоб хоть мало уверить в этом читателя, расскажу одну трагическую историю из экспедиционной жизни топографов. Это древняя и, в общем-то, не очень приметная история, в ней нет никаких захватывающих событий, которые часто описываются в приключенческих романах. Смерть 1-го из членов экспедиции произошла при достаточно житейских обстоятельствах, как это часто и бывает в реальной жизни.

Топографический отряд практиканта новосибирского топографического техникума Федора Прохоренко вел работы в самой отдаленной части Буреинского бассейна. Все складывалось как нельзя лучше: погода благоприятствовала, топографическая съемка шла с опережением намеченных сроков, товаров было довольно, настроение у людей хорошее. Отряд состоял из молодежи — энергии навалом, работу делали стремительно, охотно, нередко шутили, смеялись.
В один из дней они вышли на сберегал Туюна — 1-го из притоков Бурей — маленькой мелководной речушки, даже и не речушки — ручья. Тут решили тормознуть — место не плохое, много сухостоя, вода рядом, гнуса нет. Была только одна мелочь — на берегу не оказалось пастбища для лошадок, что были в отряде. Но на такую ерунду никто и внимания не направил — на обратном берегу хороший луг. Через маленькой ручей лошадок даже переводить не пригодилось, они сами тихо перебрались и стали щипать травку.

Стремительно поставили палатки, сварили смачный суп из подстреленных по дороге глухарей. Чуть успели поужинать, как начался дождик. Люди попрятались в свои полотняные жилья. Но непогодица не смогла попортить им настроение — хохот и радостные дискуссии доносились то из одной, то из другой палатки. Маленький ленивый дождь шел всю ночь, к утру он перевоплотился в ливень. Торопиться было некуда — в такую погоду никто не работал и все оставались в палатках.

Через некое время один из рабочих решил сходить за лошадьми. Воды в ручье приметно прибавилось, но перебежал он его без заморочек. Часа полтора собирал лошадок, а когда подошел к ручью, не вызнал его — на месте тихой таежной речушки бесновался поток мутной, все прибывающей воды. Когда в палатках услышали вопль: «Помогите, тону!», то не восприняли его серьезно — кто может тонуть в ручье? Ну и глас прозвучал тихо, без ноток волнения. В отряде все привыкли к обоюдным розыгрышам. Кто-то даже отшутился: «Тони, не мучайся». Спустя минутку уже издалека донеслось: «…ону-у». Участники отряда выскочили из палаток. На берегу стояли только лошадки, человека не было. Высыпавшие из палаток люди кинулись вниз по течению, но было уже поздно — им не удалось отыскать даже тело. Человек умер практически в 2-ух шагах от лагеря, чуть ли не на очах у товарищей, как-то очень обыденно, и даже не верилось, что вот так это может произойти. Погибель шаг за шагом подбиралась к одному из их с того самого момента, когда они не направили внимания на маленькую «мелочь» при разбивке лагеря.

Подготовку к ночлегу необходимо начинать за полтора-два часа до пришествия мглы. Лучше не устраивать лагерь в распадках и всех других снижениях рельефа, где всегда холоднее, да и безлесные верхушки бугров не идеальный вариант — тут путники будут мучиться от сильного ветра, ну и в случае грозы такое место опасно.

Неудобен бивак, расположенный в густом лесу, — богатство гнуса не даст расслабленно отдохнуть, а после дождика с деревьев еще длительно будет капать вода. В еловых лесах обычно холоднее, чем в лиственничном либо сосновом. И влажность в ельнике выше: солнечные лучи здесь практически не добиваются земли.
Пусть путников не околпачит и мягенький ковер мха. Моховой покров обладает замечательной способностью копить воду (сфагнум впитывает 500 частей воды на одну часть сухого вещества) не только лишь в снижениях и на плоских поверхностях, но даже и на пологих склонах, создавая заболоченность. В лагере, устроенном в схожем месте, промозглое существование обеспечено.
В прохладную и сырую погоду перед установкой палатки землю можно прогреть костром, а потом уложить на нее слой лапника, коры, сухих листьев либо еще лучше сделать подстилку из листьев папоротника, так как он содержит не достаточно воды и не вытягивает ее из земли.
Но сколь бы прохладной ни была погода, ни при каких обстоятельствах не следует вносить в палатку угли. Таковой метод подогрева очень небезопасен и часто приводит к очень томным отравлениям. О схожем случае из собственной богатой экспедиционной практики вспоминал узнаваемый геолог и археолог доктор Г.А. Чернов. «После ужина все разошлись по палаткам. Я решил еще незначительно поработать и слышал, как длительно не унимался галдеж в палатке. Позже все стихло. Прошло часа полтора. Вдруг мне послышался стон. Палатка рабочих стояла метрах в 10 от моей. Она была из толстого брезента и достаточно плотно запиралась. Почувствовав что-то недоброе, я стремительно оделся. Войдя в палатку, я увидел тлеющие угли и сходу все сообразил. Промокшие и озябшие за время подъема по реке, ребята решили отогреться и соорудили очаг в палатке. «Да пробудитесь же вы!» -кричал я, а они уже впали в беспамятство. Самый старший из их, разумеется, крепче других, Александр, стонал. Я быстренько выволок всех четырех на улицу. Только через несколько часов они ожили».

В тех случаях, когда человек отправился в лес без палатки, рассчитывая стремительно добраться до жилища, но заплутался, либо если палатка утрачена в силу какой-нибудь аварийной ситуации, и разумеется, что достаточно длительное время придется провести под открытым небом, временным жилищем могут стать разные примитивные укрытия.
Если идет речь о том, чтоб просто переждать непогодицу, то довольно будет самого легкого сооружения.
По-быстрому можно сделать так именуемые «балаганы» -простейшие убежища из еловых веток, воткнутых в землю и согнутых дугой. Чтоб дождик не проникал вовнутрь, «балаганы» сверху укрывают еще осиновыми ветками. В таких укрытиях можно только лежать.
От длительного дождика проще всего укрыться под кроной дерева, за ранее подперев вбитыми в землю кольями с развилками на концах его нижние ветки и настелив на их несколько дополнительных слоев лапника.
Настолько же просто перевоплотить в укрытие надломленное либо вывернутое с корнем дерево. Для этого, убедившись в его стойкости, необходимо просто вырубить все нижние сучья и ветки, торчащие ввысь, и уложить их по краям, оборудовав таким макаром нишу в кроне погибшего дерева.
Маленькие естественные углубления в почве также могут быть применены как краткосрочные укрытия.
Для защиты от осадков и сохранения тепла необходимо только сделать крышу. Опорой для таковой односкатной крыши может послужить бревно либо ствол упавшего дерева, на которое в качестве стропил с подветренной стороны укладываются ветки, прикрытые гумусом либо листвой.
Но все эти убежища могут стать прибежищем человеку на маленький просвет времени. Потому в тех случаях, когда планируется долгая стоянка, в разных чрезвычайных обстоятельствах, в особенности если в группе есть нездоровые либо раненые и если предстоит в течение нескольких дней, а то и недель ждать помощь, то нужно позаботиться о более серьезном жилье.
Возможно, более других всем понятно такое таежное укрытие, как шалаш. Его строительство легко и по силам даже новенькому. Два полутораметровых кола, раздвоенных в высшей части, вбиваются в землю на расстоянии 2-3 метров друг от друга. На развилки укладывается горизонтальная жердь — опорная балка. К ней под углом 45-60° прислоняют несколько вертикальных жердей, фиксируя их веревками либо гибкими прутками. К этому каркасу параллельно земле укрепляют стропила — прямые не очень томные палки. И уже на их черепи-цеобразно укладывается лапник, ветки широколиственных пород — дуба, ильма, большие листья лопуха, подбела. Принципиально создавать укладку «черепицы» снизу ввысь, чтоб каждый следующий слой прикрывал нижележащий более чем на одну вторую. Если покрыть жердевую
сетку сверху вниз, то во время дождика вода будет протекать в шалаш. Можно также заплести торцевую (наветренную) сторону шалаша, обложить его вторым слоем лапника, окопать неглубокой канавкой и устроить снутри лежанку.
Разновидностью такового сооружения является шалаш круглой формы, в каком роль центральной опоры делает древесный ствол. В данном случае нижние ветки дерева срубаются до высоты людского роста, а к стволу вкруговую прислоняют вертикальные жерди, которые потом заплетаются ветками. На сооруженный таким макаром каркас в пара слоев укладывается лапник.
При наличии у путников полиэтиленовой пленки, брезента, водонепроницаемой ткани строительство займет меньше времени, а укрытие будет более комфортабельным. Так, натянув на древесный каркас кусочек брезента, можно сконструировать навес.
Из водонепроницаемой ткани и гибких ветвей просто возводится укрытие арочного типа. Для этого довольно вставить (а лучше вкопать) в землю друг напротив друга два ряда не очень толстых, лишенных листьев гибких ветвей и, согнув их, связать вершины. После этого остается пропустить через образовавшиеся арки горизонтальные ветки и накрыть каркас тентом.
Из 2-ух кусков брезента можно устроить укрытие, которое более накрепко защитит от дождика. Это навес с двойной крышей; при всем этом одно убежище находится снутри другого. Внешний тент перекидывается через древесную опору и как можно туже натягивается. Для внутреннего довольно растянутой меж 2-мя кольями веревки.

Если тент довольно велик, можно выстроить так именуемый вигвам. Это комфортное жилье для нескольких человек. Каркас более чем из 5 жердей длиной по три-пять метров любая, связанных вместе в высшей части и уста-рис новленных в виде конуса, обтягивают тентом с помощью 1-го свободного шеста. Потом жерди раздвигаются по полосы очерченного круга до того времени, пока ткань не натянется, после этого укрепляют ее нижний край к земле колышками либо камнями. Отверстие, образовавшееся в высшей части вигвама, служит дымопроводом, что позволяет развести снутри жилья маленькой костер.

Труднее сооружать убежища на болотистой и очень влажной почве. В данном случае строительство начинается с возведения изолирующей человека от почвенной воды лежанки, над которой потом сооружается навес.
Обыденную лежанку можно выстроить, вбив в землю четыре крепких кола, раздвоенных вверху, и уложив на развилки два не очень толстых ствола. Образовавшийся каркас застилают рядом очищенных от ветвей и сучков жердей, которые можно связать меж собой, чтобы они не разъезжались. Жердевый настил покрывают для мягкости сухой травкой, мхом, лапником.

Если в месте предполагаемой ночевки вырастают более-менее большие деревья, то можно использовать их как вертикальную часть конструкции. В данном случае меж стволами деревьев как можно туже натягивается веревка, которая послужит опорой для настила из жердей. За отсутствием неплохой веревки ее могут поменять две длинноватые жерди, уложенные на сучья возрастающих недалеко деревьев. Если подходящих сучьев не оказалось, можно сделать на дереве маленькие засечки и зафиксировать в их жерди веревками либо гибкими крепкими ветками.

Для человека, располагающего кусочком брезента либо тентом, более комфортен шалаш-гамак. К собранным совместно и согнутым напополам концам ткани привязываются веревки, при помощи которых полученную люльку растягивают меж 2-мя, возрастающими неподалеку друг от друга деревьями. 2-ой кусочек тента перекидывается через жердь, закрепленную на тех же деревьях, образуя навес.

В тех случаях, когда по любым причинам предстоит ночевка на болоте, совсем лишенном древесной растительности, придется в качестве строительного материала использовать камыш.
Настил, сооруженный из нескольких уложенных перпендикулярно друг дружке слоев камыша, обеспечит сравнимо сносную ночевку. Если связывать камыш в толстые пуки, то лежанка получится более комфортабельной. Из таких пучков можно выстроить даже шалаш.

Добавить комментарий