TwitterFacebookPinterestGoogle+

Психоэмоциональные реакции на экстремальную ситуацию

Из бессчетных литературных источников видно, что создатели по–различному оценивают возможность развития психологических нарушений как реакций на экстремальную ситуацию. Одна группа исследователей считает, что стихийные бедствия могут вызывать огромное количество психологических и соматических расстройств, связанных с острой и приобретенной психотравматизацией.

Другой точки зрения придерживаются другие исследователи, по воззрению которых вправду имеющиеся нехорошие последствия для психологического здоровья неких групп населения сравнимо легки, краткосрочны и могут сами купироваться. Экстремальная ситуация способна вызывать как краткосрочные, так и поболее долгие психологические расстройства. Последние развиваются только у «легкоранимых субъектов и лиц с психологическими болезнями в анамнезе».

В свою очередь, некие исследователи оспаривают тезис об увеличении числа психологических болезней при стихийных бедствиях и говорят, что катаклизмы, напротив, пробуждают чувство личной убежденности и социальной стабильности посреди членов пострадавшей популяции. В работах, относящихся к началу XX в., психологические реакции, возникающие при стихийных бедствиях и катастрофах, определялись как неспецифические, «примитивные» реакции. Эти реакции, по воззрению различных исследователей, связаны с филогенетически старенькыми механизмами – витальными инстинктами, также с филогенетическими особенностями нервной системы. Примитивные реакции развиваются стремительно и характерны всякому живому существу, которому грозит опасность.

Вместе с концепцией внеличностного, на биологическом уровне целесообразного реагирования при стихийных бедствиях достаточно обширно дискуссировалась неувязка истероформных реакций, генез которых связан с необыкновенной силой раздражителя. При всем этом истерическими называли «…в большей степени такие психогенные формы реакций, где популярная тенденция представления употребляет подсознательные рефлекторные либо другие на биологическом уровне предуготовленные механизмы» (Э. Кречмер). Психологические реакции при стихийных бедствиях и катастрофах обычно неспецифичны, малодифференцированны и могут развиваться при всех ситуациях, угрожающих жизни человека. Диапазон возникающих феноменов состоит из чувств ужаса, вегетативных конфигураций, двигательных проявлений. Тревожное напряжение и ужас лежат в базе аффективно–шоковых, истерических психозов, клинически представленных вариациями сумеречного расстройства сознания, двигательными нарушениями в виде ступора либо гипердинамии. Реакции психотического уровня также клинически монотонно покрашены и не содержат внутри себя личного компонента, который, фактически, и присваивает своеобразие психореактивным расстройствам.

Реакция на стрессовую ситуацию изменяет психическое состояние, повышая нервно–психическое напряжение человека (психологическую напряженность), которое может содействовать как мобилизации активности, так и дезорганизации деятельности. Выделяют три разновидности нервно–психологического напряжения зависимо от интенсивности его выражения: слабенькое, умеренное и чрезмерное.

При слабенькой степени признаков напряжения или не наблюдается совершенно, или их проявления так малозначительны, что человек не склонен считать свое состояние нервно–психологическим напряжением. В этом случае экстремальная ситуация не расценивается как непростая, требующая мобилизации усилий.

Умеренная степень нервно–психологического напряжения характеризуется фактически всеобъятным увеличением свойства и эффективности психологической деятельности и представляет собой такую форму психологического состояния индивидума, при которой со всей полнотой раскрываются возможности человека к достижению цели, к выполнению той либо другой работы. Активность в преодолении проблем, общий чувственный, духовный и моральный подъем позволяют отодвинуть на некое время соматические реакции. В деятельности и поведении человека появляются последующие черты:

♦ повышение объема, стойкости и концентрации внимания, понижение отвлекаемости, что обеспечивает сосредоточенность на решении основных задач, стоящих перед ним в данной экстремальной ситуации;

♦ повышение объема краткосрочного запоминания;

♦ увеличение продуктивности логического мышления;

♦ увеличение продуктивности деятельности (возрастает точность движений, миниатюризируется количество ошибок).

Чрезмерная степень нервно–психологического напряжения характеризуется разладом психологической деятельности. На 1-ый план выступают соматические жалобы, при этом часто гиперболизированные. Человек испытывает чувство физического и психологического дискомфорта. Настроение характеризуется отрицательным чувственным фоном, подавленностью, чувством волнения. Существенно понижаются объем, устойчивость и концентрация внимания, продуктивность краткосрочной памяти, способность к решению логических задач, нарушается координация движений. В целом индивидум, находящийся в состоянии лишней степени нервно–психологического напряжения, не способен своими усилиями преодолеть трудности.

Н. И. Наенко выделяет два вида психологической напряженности: операционный и чувственный. Психологическая напряженность появляется в критериях отражения сложной и потому важной ситуации, отношение человека к выполняемой задачке всегда чувственно насыщено, но удельный вес чувственного компонента в обоих видах напряженности не схож.

Состояние операционной напряженности появляется как итог относительно нейтрального подхода испытуемого к процессу деятельности и характеризуется преобладанием процессуального мотива. При операциональной напряженности содержание цели и мотива деятельности совпадает. Возникающие в таких случаях психологические состояния характеризуются хорошим вниманием к выполнению деятельности, стабильностью многофункциональных способностей человека. Данный тип напряженности оказывает мобилизующее воздействие на деятельность и содействует сохранению работоспособности человека на устойчивом уровне.

Состояние чувственной напряженности характеризуется насыщенными чувственными переживаниями в процессе деятельности, оценочным, чувственным отношением человека к условиям ее протекания. Чувственная напряженность характеризуется несовпадением, резким разведением цели и мотива деятельности, что порождает расхождение меж беспристрастным значением деятельности и ее личным смыслом для испытуемого. Согласно М. С. Неймарк, рвение к самоутверждению, к тому, чтоб средством деятельности удовлетворить свои высочайшие притязания при иных равных критериях резвее порождает аффективные реакции, чем деловой мотив, другими словами заинтригованность в самой работе, достижении ее беспристрастного результата.

Операционная и чувственная напряженности оказывают неодинаковое воздействие на эффективность деятельности: качество решения умственных задач в состоянии чувственной напряженности резко усугубляется по сопоставлению с операциональной; в состоянии чувственной напряженности возрастает количество грубых ошибок.

Состояния операционной и чувственной напряженности оказывали различное воздействие на процессы оперативки и оперативного мышления, которые являются более уязвимыми в отношении психологической напряженности. При операционной напряженности эти процессы отличаются устойчивостью и сохранностью, во 2-м случае они теряют собственный активный нрав и пластичность, что ведет к срыву выполняемой деятельности.

Состояния операционной и чувственной напряженности сказываются и на стойкости поведения, и на самоконтроле. Если при операционной напряженности отмечается сохранение убежденности в собственных силах, отсутствие стрессовости, а в случае ошибок – адекватное отношение и рвение поправить их, то при чувственной напряженности демонстрируются раздражительность, нетерпеливость, а свой неуспех разъясняется «внешними» причинами. В целом можно сказать, что при чувственной напряженности проявляется непроизводительная деятельность в области как практических действий, так и психологических состояний.

Все первичные реакции на экстремальную ситуацию находятся в области чувственной сферы. К ним относятся шоковые реакции, ступор, двигательное возбуждение.

Шоковые реакции – «Не может быть!» – длятся от нескольких секунд до нескольких недель, в среднем 9 дней. Более приметной чертой данного состояния человека является оцепенение. Скорбящий скован, напряжен. Дыхание затруднено, неритмично, нередкое желание глубоко вдохнуть приводит к прерывающемуся, конвульсивному неполному вздоху. Естественными являются реакции утраты аппетита, мышечной беспомощности. Малоподвижность может сменяться минутками суетливой активности (Черепанова, 1997). В сознании человека возникают чувство нереальности происходящего, бесчувственность, оглушенность. Притупляется восприятие наружных событий, тогда и в следующем часто появляются задачи при мемуарах об этом периоде.

На этой стадии человек не испытывает страданий и боли, потому что чувствительность понижается. Беспокоившие заболевания в этот период могут пропасть. В очах окружающих подобные реакции могут смотреться неприемлимыми, потому что подразумевается бурное выражение чувств. За наружным благополучием человека, узнавшего трагическую новость, стоит тяжелое внутреннее состояние, основная опасность которого состоит в том, что оно может смениться острым реактивным состоянием: он может биться, вырываться, выброситься из окна и т. д. Считается, что чем подольше продолжается шок, тем подольше и тяжелее будут последствия.

На стадии шока нарушены контакты с наружным миром, потому, если нужно, чтоб человек сделал какое–или обычное действие, к примеру, ушел с небезопасного места, гласить с ним нужно точным голосом маленькими фразами с утвердительной интонацией. При вербальном контакте следует избегать потребления глаголов с частичкой «не». Разъяснение данного факта сводится к тому, что сознание человека находится не в реальном, а текущая информация может поступать исключительно в безотчетное, которое «не понимает» сложных речевых конструктов и игнорирует их. Потому если сказать «не вставай», можно получить оборотный итог, потому что безотчетное распознает только глагол «вставай».

Тактильный контакт в ситуации шока является более легкодоступным, потому что высшие психологические функции (речь, произвольные мышление, внимание, память) «отключаются» сначала. Нужно касаться человека как можно больше и почаще (поглаживания по спине, голове), время от времени этого бывает довольно, чтоб вывести из шока. Для выведения из шока необходимо вызвать какие–или сильные чувства, к примеру злоба. Если после всех манипуляций удалось вызвать слезы, означает, человек перебегает в последующую фазу.

У людей, составляющих данную группу, могут быть различные реакции (истерика, плач, двигательное возбуждение, злость и т. д.), которые являются адекватными в данной ситуации (Тарас, Сельченок, 1999). В связи с этим нужно дать возможность отреагировать аффективное состояние, а не купировать его.

Ступор по его признакам можно отнести к виду шоковой реакции. Ступор происходит после сильных нервных потрясений, когда человек затратил столько энергии на выживание, что сил на контакт с миром вокруг нас уже нет.

У человека, находящегося в ступоре, наблюдается резкое понижение либо отсутствие случайных движений и речи, отсутствие реакций на наружные раздражители (шум, свет, прикосновения, щипки), оцепенение, состояние полной неподвижности.

Ступор может продолжаться от нескольких минут до нескольких часов. Потому, если не оказать помощи и пострадавший пробудет в таком состоянии довольно длительно, это приведет к его физическому истощению. Потому что контакта с миром вокруг нас нет, пострадавший не увидит угрозы и не предпримет действий, чтоб ее избежать.

Нужно хоть какими средствами достигнуть реакции пострадавшего, вывести его из оцепенения. Сделать это можно последующим образом:

♦ согните пострадавшему пальцы на обеих руках и прижмите их к основанию ладошки. Огромные пальцы должны быть выставлены наружу;

♦ кончиками огромного и указательного пальцев массируйте пострадавшему точки, расположенные на лбу, над очами ровно посредине меж линией роста волос и бровями, верно над зрачками;

♦ ладонь свободной руки положите на грудь пострадавшего. Подстройте свое дыхание под ритм его дыхания;

♦ человек, находясь в ступоре, может слышать и созидать. Потому гласите ему на ухо тихо, медлительно и верно то, что может вызвать сильные эмоции (лучше нехорошие).

Время от времени потрясение от критичной ситуации (взрывы, стихийные бедствия) так сильное, что человек просто перестает осознавать, что происходит вокруг него. Появляется реакция двигательного возбуждения. Сначала она характеризуется непроизводительной деятельностью, в итоге которой могут пострадать сам индивидум и окружающие его люди. Человек, находящийся в состоянии двигательного возбуждения, не в состоянии найти, где неприятели, а где – ассистенты, где опасность, а где – спасение. Он теряет способность логически мыслить и принимать решения, становится схожим на животное, мечущееся в клеточке. По окончании двигательного возбуждения человек не может вспомнить, что он делал.

Признаками двигательного возбуждения являются: резкие движения, нередко бесцельные и глупые деяния, ненормально звучная речь либо завышенная речевая активность (время от времени полностью глупая), нередко отсутствует реакция на окружающих (на замечания, просьбы, приказы).

Посодействовать человеку, находящемуся в состоянии двигательного возбуждения, можно последующим образом:

♦ Используйте прием «захват»: находясь сзади, просуньте свои руки пострадавшему под мышки, прижмите его к для себя и немного опрокиньте на себя.

♦ Изолируйте пострадавшего от окружающих.

♦ Помассируйте пострадавшему «позитивные» точки (они находятся на лбу над бровями, над центром глаз).

♦ Гласите размеренным голосом о эмоциях, которые он испытывает. («Тебе охото что–то сделать, чтоб это закончилось? Ты хочешь убежать, спрятаться от происходящего?»)

♦ Не спорьте с пострадавшим, не задавайте вопросов, в общении опасайтесь фраз с частичкой «не», относящихся к ненужным действиям («Не беги», «Не размахивай руками», «Не кричи»).

Двигательное возбуждение обычно продолжается недолго и может смениться нервной дрожью, плачем, также брутальным поведением.

После воздействия экстремальной ситуации у неких людей может показаться неконтролируемая нервная дрожь, так организм «сбрасывает» напряжение. Со стороны это смотрится так, как будто пострадавший очень промерз. Но причина в другом. Без помощи других (по собственному желанию) человек не может закончить эту реакцию.

Если эту реакцию приостановить, то напряжение остается снутри, в теле и вызовет мышечные боли, а в предстоящем может привести к развитию таких суровых болезней, как гипертония, язва и др. Признаками нервной дрожи является внезапность начала. Дрожание может быть как во всем теле, так и исключительно в отдельных частях. К примеру, человек не может удержать в руках предметы: стакан с водой и т. п., эта реакция продолжается достаточно длительное время (до нескольких часов). Потом приходит расслабление. Человек ощущает сильную вялость и нуждается в отдыхе.

Помощь при нервной дрожи можно оказывать последующим образом:

♦ Возьмите пострадавшего за плечи и очень, резко потрясите в течение 10–15 с – необходимо усилить дрожь.

♦ Продолжайте говорить с ним, по другому он может воспринять ваши деяния как нападение.

При нервной дрожи нельзя:

♦ обымать пострадавшего либо прижимать его к для себя;

♦ укрывать пострадавшего чем–то теплым;

♦ успокаивать пострадавшего, гласить, чтоб он взял себя в руки. Плач позволяет отреагировать, выплеснуть накопившуюся боль и отчаяние. Каждый человек, который хоть раз в жизни рыдал, знает, что после того, как дашь волю слезам, на душе становится малость легче. Разъяснение этого парадокса лежит в области физиологии, так как при плаче в организме выбрасываются определенные вещества, содействующие успокоению. Мамы отлично знают, что после того, как ребенок проплакался, он стремительно засыпает.

Хотя плач – нужная реакция, в неких странах культурные стереотипы не позволяют ей проявляться (к примеру, считается, что слезы – это признак беспомощности; реальный мужик не должен рыдать, это внушается мальчишкам с ранешнего юношества). Плачущего человека нельзя оставлять 1-го. Нужно установить физический контакт с ним (взять за руку, положить свою руку на плечо либо спину, положить его руку к для себя на запястье). Все эти приемы на безотчетном уровне позволяют ощутить человеку, что вы рядом. Рука пострадавшего на запястье либо на груди у помогающего дает ему возможность ощутить сердцебиение, почувствовать близость другого человека. Это содействует нормализации физиологического состояния за счет механизма безотчетной подстройки.

Полезно использовать приемы «активного слушания», подтверждая внимание и сострадание к пострадавшему (Крюкова и др., 2001). Следует гласить о собственных и его эмоциях. Но не рекомендуется гласить «Я вас понимаю». Слово «понимание» относится к области мыслей, а не эмоций, и человеку не надо на данный момент, чтоб его понимали. Не нужно вопросов, советов, главное – слушать человека либо просто обеспечить возможность выхода горя. Не надо, утешая человека, делать все, чтоб он не рыдал, потому что неважно какая реакция есть собственного рода выход внутренней боли на телесном уровне, а сдерживание слез тормозит чувственную разрядку и приносит вред физическому и психическому здоровью человека.

Плач как составной элемент может заходить в истерическую реакцию. Основное отличие истерики от плача в том, что 1-ая протекает существенно более бурно и может сопровождаться кликами, опасностями в собственный адресок либо в адресок других. Принципиальной чертой истерической реакции является невозможность контакта с человеком при сохранении ясности его сознания. Потому что истерика – это демонстративная реакция, 1-ое, что необходимо сделать, – удалить зрителей и сделать размеренную обстановку. Для того чтоб приостановить истерику, нужно совершить какое–нибудь действие, которое выходило бы за рамки данной ситуации, к примеру, с грохотом уронить предмет, резко кликнуть на пострадавшего, в неких случаях можно даже дать пощечину. Гласить с человеком следует маленькими фразами, уверенным тоном («выпей воды»). После окончания описываемой реакции наступает упадок сил, в данном случае нужно уложить пострадавшего спать.

Брутальные реакции также являются действующим методом отреагирования и достаточно нередко встречаются в реальной жизни после выхода из шокового состояния. Направленность злости может быть полностью разной (на себя либо вовне). Нередко злость выражается в поиске «козла отпущения», того, кто «мог бы» предупредить экстремальную ситуацию либо «был причиной» ее.

Если злость выражается только в вербальной форме, то нужно, чтоб эта реакция свершилась. Если гнев приобретает гетероагрессивный нрав, основная задачка – навести его в неопасное русло. Так же, как и при других обрисованных реакциях, попытка задавить злость может повлечь за собой физические симптомы. Нереализованное желание стукнуть, к примеру, может трансформироваться в беспричинную боль в руке.

Добавить комментарий