TwitterFacebookPinterestGoogle+

Что такое «пятая колонна»?

«Пятая колонна» (исп. Quinta columna) — наименование фашистской и нацистской агентуры в различных странах накануне и во время Второй мировой воны.

 

Происхождение термина

 

В середине июля 1936 г. началась гражданская война в Испании. К концу сентября генералы, поднявшие мятеж против республиканского правительства, одержали значительные победы и заняли большую территорию в южной части Испании. Наспех сформированные правительством войсковые соединения терпели одно поражение за другим. Мятежники приближались к Мадриду, и испанская столица оказалась под угрозой окружения. 28 сентября мятежники выручили свой гарнизон в Толедском Алькасаре, продержавшийся семьдесят дней; казалось, что перед ними открыт свободный путь к столице. Генерал Франко бросил свои силы на Мадрид; войска двигались на город с юга, юго-запада, запада и северо-запада, в общей сложности четырьмя колоннами.

В эти дни, 1 или 2 октября, один из генералов, командовавших войсками мятежников, Эмилио Мола, выступил по радио. Угрожающе обрисовав боевые действия, развернутые четырьмя колоннами, он добавил, что наступление на правительственный центр будет начато пятой колонной, которая уже находится внутри Мадрида. В ответ на это выступление орган компартии Испании газета «Мундо обреро» писала 3 октября 1936 г.: «Предатель Мола говорит, что бросит против Мадрида четыре колонны, однако начнет наступление пятая колонна».

В августе и сентябре Мадрид уже был полон слухов о том, что в стране действуют предатели. Фактические или подозреваемые сторонники Франко арестовывались тысячами; коммунисты, социалисты и анархисты систематически составляли и корректировали списки подозрительных лиц. Каждое утро на улицах можно было найти тела десятков жертв, убитых ночью. И все же казалось, что опасность, угрожающая изнутри, никогда не будет устранена полностью. В некоторых, чаще всего богатых кварталах с крыш внезапно раздавались выстрелы; таинственные автомобили неожиданно появлялись из-за угла, звучали короткие очереди из автомата, и автомобили исчезали. Отовсюду ползли слухи, что дело республики гибнет; казалось, что кто-то систематически занимается их распространением. Вот почему высказывание генерала Мола лишь подтверждало тревожные предположения: очевидно, Франко имел поддержку пятой колонны, организованной в самом Мадриде.

Во второй половине октября термин «пятая колонна» стал широко использоваться испанской республиканской печатью, в особенности газетами левого лагеря. Кто впервые произнес эти слова, об этом наполовину забыли: одна из мадридских газет приписала авторство генералу Кейпо де Льяно, а корреспондент лондонской «Таймс» — генералу Франко. Содержание термина продолжало оставаться неопределенным, однако это не препятствовало, а скорее способствовало его широкому применению. Случайно оброненное генералом Мола выражение приобрело эмоциональный оттенок и силу. Словесная комбинация «пятая колонна» стала определенным понятием, наряду с другими терминами, такими, как «троянский конь», «нацинтерн». Потом о нем как будто забыли, но с началом Второй мировой войны вспомнили вновь.

 

Нацистская «пятая колонна» во Второй мировой войне

 

В это время немецкой «пятой колонне» приписывалось таинственное всемогущество. Американский журналист Отто Толишус писал в начале войны:

 

«Деятельность пятой колонны можно подразделить на два периода: мирное и военное время. В условиях мирного времени одной из главных задач является развертывание пропаганды, которая по своему содержанию не всегда носит явно пронемецкий или откровенно пронацистский характер, а также сбор подробной информации о состоянии торговли, промышленности, политики и морального духа народа. Такая информация после сопоставления полученных в Берлине отдельных сообщений дает полное представление о всей жизни той или иной страны. К числу других обязанностей пятой колонны относятся систематическая слежка за видными государственными и политическими деятелями страны, самый беззастенчивый шпионаж, а главное — подготовка к “чрезвычайным обстоятельствам”, вплоть до тренировки специальных отрядов для нанесения первого удара. В своей работе пятая колонна ловко использует все социальные, политические и моральные притязания или устремления различных недовольных элементов в стране; она старается создать у населения ложное чувство безопасности и вместе с тем подорвать обороноспособность страны и посеять внутри нее политические, классовые и расовые раздоры.

В военное время деятельность пятой колонны проявилась с поразительной эффективностью особенно в Польше, Норвегии и Голландии. Правда, для работы в условиях войны пятая колонна обычно усиливалась посылкой решительных людей из самой Германии; они прибывали в ту или иную страну, пользуясь самыми разнообразными благовидными предлогами, чаще всего под видом туристов, спортсменов, торговых агентов и деятелей культуры, зачастую имея при себе в чемоданах военную форму. Подобные посланцы обычно берут на себя руководство заранее подготовленными силами из местных немецких поселенцев, которые в штатском платье или же в военной форме подвергающейся нападению страны захватывают важные объекты, оказывают поддержку отрядам парашютистов, развертывают шпионаж и диверсии в тылу, вносят замешательство в ряды армии и населения противника, распространяя ложные приказы и сообщения…»

 

«Пятая колонна» рассматривалась в качестве масштабного заговора, которым руководили лидеры третьего рейха по определенному плану. Многие считали, что в Германии почти все учреждения правящей партии и государства принимают в этом заговоре активное участие, а за пределами Германии заговор охватывает если не всех, то, во всяком случае, очень многих немецких подданных, местных немцев, а также национал-социалистов и фашистов из коренного населения.

 

Как показал исследователь Л. де Ионг, за 6–7 лет нацистам действительно удалось создать пятую колонну, но далеко не столь мощную, как многие себе представляли. Как установлено, накануне немецкой агрессии немецкие подданные, местные немцы и фашисты из коренного населения подвергавшихся нападению стран не прочь были принять непосредственное участие в вооруженной борьбе на стороне агрессора, заниматься шпионажем и саботажем, подрывать боеспособность армии атакуемой страны.

 

Еще до того, как Гитлер 30 января 1933 года занял резиденцию канцлера в Берлине, национал-социалистские группы были сформированы в десятке стран. Эти группы обуревало желание захватить в свои руки государственную власть; они были убеждены в своей способности разрушить шаткие устои демократии, используя небольшие организованные группы верных последователей. Такие группы охотно воспринимали атрибуты немецкой нацистской партии: высокие сапоги, рубашку и свастику. В Швеции под флагами со свастикой выступала шведская национал-социалистская рабочая партия (Svenska National-Socialistika Arbejder Parti); такое же рвение проявляли: в Голландии — национал-социалистская партия (National-Socialistische Nederlandse Arbeiderspartij), во Франции — бретонские фашисты, в Англии — имперская фашистская лига, в Латвии — «громовые кресты», в Венгрии — венгерская национал-социалистская партия (Magyar Nemzeti Szocialista Part), в Румынии — «железная гвардия».

 

Главным фактом, дающим право утверждать о существовании более или менее серьезной внутренней «пятой колонны», является ее участие в вооруженной борьбе, организация боевых групп, нападающих с тыла на войска той страны, которая стала жертвой агрессии. Установлено, что такие факты имели место только в Польше и Югославии. В этих странах отмечалось сильное влияние национал-социализма на организации немецкого национального меньшинства. Среди проживавших в Польше немецких подданных удельный вес нацистов (15%) был выше, чем в какой-либо другой стране. Что касается таких стран, как Дания, Норвегия, Голландия, Бельгия (за исключением района Эйпен-Мальмеди), Люксембург, Франция, Англия, Соединенные Штаты, государства Латинской Америки, Греция и Советский Союз, то нет доказательств существования там значительной по своим размерам внутренней военной пятой колонны. Немецкое национальное меньшинство, проживавшее в Советском Союзе, оказалось вне досягаемости Гитлера. В Латвии и Эстонии Гитлер не смог воспользоваться содействием проживавших там немцев, поскольку осенью 1939 г. их переселили в Польшу. Слишком далеким было расстояние и до поселений немцев в Юго-Западной Африке. Однако немцы, проживавшие в районе Мемеля (Клайпеды), довольно эффективно способствовали аннексии этого района Германией 20 марта 1939 г.

 

После того как Германия поглотила Австрию и оккупировала Судетскую область Чехословакии, национал-социалистские элементы при поддержке Берлина захватили политическое руководство группами немецкого национального меньшинства в Венгрии, Румынии, Польше и Югославии. В результате здесь также возникли политические «пятые колонны». Два государства из числа тех, где оперировали эти колонны, подверглись вооруженному нападению Гитлера: Польша и Югославия. Здесь широко развернулась деятельность военных «пятых колонн».

 

Активность политических «пятых колонн» в предвоенный период сильно способствовала возникновению того страха перед военной «пятой колонной», который охватил десятки миллионов людей в ходе войны. Этот страх был преувеличенным, но не беспочвенным.

 

Современное содержание термина

 

В настоящее время термин «пятая колонна», наряду со своим конкретно-историческим значением, используется как нарицательное наименование любой вражеской агентуры внутри страны или общественного движения, предназначенной путём подрывных действий изнутри способствовать победе враждебных внешних сил.

 

Добавить комментарий